С бодуна на Великую китайскую стену. Часть 1: прибытие в Поднебесную

Перелёт в Поднебесную был настолько унылым, что открывать бурбон пришлось уже на втором часе полёта. Без медиа системы и хоть каких-то развлечений на борту приходилось устраивать променад по салону и заводить светские беседы о высоком. А именно — о влиянии алкоголя на течение времени в воздушном пространстве во время перемещения снежков из пункта «А» в пункт «Б».

Таким нехитрым способом был установлен контакт с китайской дамой, которая на тот момент уже больше 10 лет преподавала мандарин в Москве. Мы тут же всучили ей стакан с бурбоном и распечатанный план по посещению Пекина. Опрокинув золотистый напиток столь же уверенно, как кризис роняет фондовый рынок, подданная Китая высоко оценила трип лист, особенно отметив исторический район, в которым был выбран отель. Эх, знала бы она, как я охренел от этого райончика, выйдя из отеля на следующее утро.

Улица, на которой находится отель

Пока мы долетели до столицы Поднебесной, казалось, прошла вечность. А вместе с ней прошли и те времена, когда в литровой бутылке ещё что-то было. На таможенном контроле я, вооружившись кучей бумажек (включая не только бронь отеля и билеты, но и выписку из Тиматика), пытался максимально убедительно пояснить, что мы достойны 72-часового безвизового транзита. Тем временем Влад орал, что он Тай-Пэн — также максимально убедительно. Валик пытался его успокоить — неубедительно и безуспешно.

Странно, но в страну нас пустили. Правда, с тем условием, что через три дня мы отсюда свалим и перестанем разлагать местное общество — то есть, по безвизовому транзиту. Поскольку прилетели мы в час ночи и потратили некоторое время на идентификацию личности Тай-Пэна и поиски такси, в отель мы приехали только в три. Дорога из аэропорта никакого интереса не вызывала — сплошные серые спальники в худших традициях совка. А вот в отеле дело пошло веселее.

Холл отеля

Разбудив специально обученного сотрудника на ресепшн, мы вручили ему наши брони и паспорта. Тот и так слабо соображал спросонья, а тут его ещё и окружили три снежка, требующие какого-то «чекина». Не найдя у себя на столе книги с Биг-Беном на обложке и не сумев связать хотя бы пару слов на английском, работник месяца ввёл сумму к оплате на калькуляторе. «Что это за х***я?» — резонно вопросили мы, тыкая в бронь, где была указана значительно меньшая сумма.

Минут пятнадцать ушло на урок китайского от ответственного сотрудника, на что мы отвечали вводным курсом русского, украинского, английского и матерного одновременно. То, что нам нужно оставить залог, мы сообразили даже будучи под влиянием бурбона, только проблема была не в этом. На залог у нас не хватало юаней, а рассчитаться долларами было нельзя. В связи с этим диалог в вольном переводе выглядел так:

— Где мы можем поменять деньги, ты время видел?
— Банка! Юаня!
— Он работает?
— Банка! Юаня!
— Где банк?
— Во бу ши лао ши (активно жестикулирует).
— Можем завтра залог оставить?
— Нихт! Во бу ши лао ши.
— Пи*дец!

Жители хутунов обсуждают, как заселились снежки

К нашему счастью, мы отыскали на стойке терминал и филигранным движением продемонстрировали наше желание рассчитаться картой, оставив залог в юанях. Сотрудник долго думал, но всё же допёр идею и наконец-то выдал ключи от номеров.

Из-за разницы во времени и смеси джетлага с бурбоном заснуть удалось лишь под утро и то ненадолго. Проснулся я из-за того, что кто-то громко разговаривал у меня в номере. Открыв глаза и никого не увидев, я даже заглянул в туалет, но и там было пусто. И вот тут я понял, в чём прикол — окно моей комнаты выходило в коридор. В коридор, блять!

Легендарное окно в коридор

Желая утолить сушняк, я вышел из комнаты и осознал, что понятия не имею, какой номер у товарищей, ибо расселялись мы на автопилоте, причём на разных этажах. Проорав с этого, я решил для начала разобраться с жаждой и вывалился на улицу, где попал в кипящую жизнь китайских хутунов.

Эти памятники старины больше походили на трущобы, но сносить их к е**ням власти не стали, ибо находятся они в историческом центре. И вот по этому самому «историческому центру» я топал в магазин, кутаясь от холода и пребывая в некотором культурном шоке.

Хутунский пи***рез.

Хотя в каком там культурном — я просто ох**вал от происходящего вокруг! Что-то жарилось, парилось, стиралось, ремонтировалось и снова жарилось. Вонь стояла такая, что хронический насморк хотел съ**аться куда подальше и больше не видеться. Первый приезд в Азию обострял восприятие, которое и так было расшатано отсутствием сна и акклиматизацией. Но было прикольно!

Быт хутунов

Среди напитков из чего-то крайне сомнительного я с трудом отыскал колу и вернулся в отель, чтобы упасть на уши барышне на ресепшн с вопросом о моих товарищах (на смс они не отвечали). Стоит ли говорить о том, что о них она знать ничего не знала и, конечно же, не говорила на английском. Пришлось играть в крокодила, после чего она, как мне показалось, выдала что-то похожее на набор цифр.

Только вот в президентском люксе под кодовым названием «сриванту» мне никто не открыл и я снова отправился доставать китайских граждан глупыми вопросами о своих дружках. Приключения только начинались.

Продолжение следует…

Игорь Павелко

[the_ad id=»3061″]

 

Не пропустите наше чтиво:

Силенд — непризнанное княжество на территории морской платформы в Северном море

Уиттиер — уникальный город на Аляске с населением в один дом

Три года в нетуристическом Египте. Часть 7: путь в Нувейбу

Легендарный Каосан: проникаясь духом самой известной улицы Азии

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о